История села с.Кананикольское

57122577

В глухих распадках, близ крутых хребтов,
Что высятся подобно великанам,
Течёт неторопливо Кана,
Синея меж лесистых берегов.
Над  Каной- речкой, на холмах скалистых
Кананикольск  – старинное село.
Путь в прошлое – совсем не близкий.
Дороги белым снегом замело…

….        ….      ….        ….

Уж третий век стоит Кананикольск.
История ничем его не обделила.
Ему хлебнуть досыта привелось
Из нашего российского горнила.
А началось всё в давние года,
Когда влюблённый в эти шири,
С  Россией породнился навсегда
Сын вольности – лихой джигит башкир!
Но от событий тех далёких лет
До нас дошли скупые отголоски.
В каких архивах затерялся след
Истории села Кананикольска?

(Отрывок из поэмы «Кананикольск» А.Жирухина)

Кананикольский завод

 

Наряду с горнозаводской компанией братьев Твердышевых и Мясникова в истории развития металлургической промышленности Урала занимали видное место выходцы из Тульской оружейной слободы – Мосоловы. Четыре брата: Максим, Алексей, Иван Большой и Иван Меньшой Перфильевичи составляли компанию Мосоловых.

Братьев всё более и более привлекает Урал с его рудными богатствами и свободными землями.

Первый самостоятельно построенный завод на Урале у Мосоловых был медеплавильный Кананикольский, на реке Кана, притоке р. Белой, в           140 верстах к юго-востоку от Стерлитамака. Контракт на его сооружение «собственным капиталом» Мосоловы заключили в Оренбургской губернской канцелярии в 1751 году, а плавка меди началась на нём в 1753 году.

Итак, к середине 1753 года братья Мосоловы владели восемью металлургическими предприятиями, шесть из которых размещались в европейской части России и два на Урале.

Явный распад фирмы Мосоловых начался летом 1755 года, когда Иван Перфильевич Меньшой обратился в Берг-коллегию с жалобой, в которой обвинял в «непорядочных» поступках старшего брата Максима Перфильевича в присвоении денег, вырученных за продажу железа и меди с Назе-Петровского и Кананикольского заводов. Ответная челобитная Максима Мосолов, поданная следом, была полна обвинений Ивана Меньшого в его самоуправстве на уральских заводах. Ещё две челобитные в Берг-коллегию были посланы в том же году, в которых Максим обвинял брата Ивана Меньшого в новых фактах «озорничества» на заводах. В эту ссору двух братьев очень активно вмешался их племянник – «молодой и неопытный хищник» – сын умершего к этому времени брата Алексея – Иван Алексеевич Мосолов, который выставил своим дядям такие требования, что сразу же заглушил ссору между ними. «Общая опасность сблизила вчерашних противников и вынудила их действовать сообща против племянника».

Племянник в своей жалобе, поданной в сентябре 1755 года в Берг-коллегию, обвинял их в том, что дядья не делились с ним, его братом Григорием и матерью Пелагеей Родионовной прибылью от заводов. Вслед за этой жалобой последовал именной указ, который положил начало разделу имущества Мосоловых, бывшего до сих пор единым, нераздельным.

Раздел и скандалы, сопутствующие ему, длились пять лет. За это время хозяйство и производство на заводах пришло в упадок и было почти полностью парализовано. Заводы пришли «в крайнюю остановку», – писал И. А. Мосолов в Сенат в сентябре 1757 года и тут же о бедственном положении мастеровых и черноработных, лишенных даже «пропитания, а иные по своей бедности и необходимости разбрелись по разным местам и скитаются меж двор».

«Особенно безотрадным было состояние уральских заводов. На Назе-Петровском заводе из-за отсутствия денег мастеровые и работные люди были распущены по разным местам для прокормления, а некоторые из них разбежались. Кананикольский завод осенью 1755 года тоже бездействовал, по мнению Оренбургского горного начальства, не столько из-за волнения в Башкирии, сколько из-за отсутствия денег и продовольствия. На этом заводе в 1755 году дело дошло до кровавых событий: когда приказчики оружием пытались удержать голодных крестьян на заводе, а те, несмотря ни на что, ушли с завода, то во время преследования их в пути некоторые были убиты».

А раздел имущества продолжался своим чередом большими скандалами, обидами и жалобами Мосоловых друг на друга. В 1760 году раздел имущества наконец был завершен.

Одна из частей досталась сыновьям Алексея Перфильевича Мосолова – Ивану и Григорию. В неё входили – Непложский доменный и молотовый завод, Кананикольский медеплавильный завод и два места, отведённые под строительство новых заводов на речках Кусе и Салде.

Кананикольский завод размещался на земле, арендованной у башкир Бурзянской волости Уфимского уезда.

Кананикольский завод до раздела имущества Мосоловых фактически не действовал. Вступив во владение, братья Иван и Григорий Алексеевичи Мосоловы перевели на завод 200 душ крепостных крестьян, а также в дополнение к шести действующим медеплавильным печам была начата постройка ещё четырёх.

Таким образом, у Ивана и Григория остались Кананикольский завод на Южном Урале и Непложский в Рязанской губернии. По-видимому, позже братья разделили заводы, так как в документах владельцем Кананикольского завода стал выступать один Иван Алексеевич Мосолов, а в конце 18 века – капитанша Марья Мосолова, вероятно, его вдова.

Кананикольский завод был построен на башкирских землях.

Первоначально, 25 сентября 1751 года, была заключена сделка с башкирами Бурзянской волости Ногайской дороги на отдачу в оброчное владение на 20 лет земли по реке Канне «для того заводского содержания лесу, сенных покосов и с протчими принадлежащими заводу угодьями, от того заводу во все четыре стороны по 15-ти вёрст. Да сверх того, на устье предписанной речки Канны и по Белой реке потребняго им, Мосоловым, на судовое строение лесу ж… За все предписанное брать на каждый год оброку по 20-ти руб., а за все 20 лет – 400 руб.». Не дожидаясь окончания двадцатилетнего срока аренды, Иван Алексеевич Мосолов оформил 25 мая 1761 года купчую на арендуемые земли по реке Канне и по её правому притоку – речке Куркатау, уплатив за них башкирам 525 рублей.

За пять лет до Крестьянской войны 1773 – 1775 гг. Кананикольский завод выплавлял свыше 7000 пудов меди в год, то есть каждая из шести печей превышала установленную правительством норму, равную 1000 пудов в год.

Крестьянское восстание 1773 – 1775 гг. на Кананикольском заводе происходило сложно и противоречиво. Именной указ Е. И. Пугачева приказчику Кананикольского завода Назару Петровичу Сорокину от 22 ноября 1773 года предписывал взять на заводе «пушки и ядры, и свинец, и порох, и всякие государевы припасы и поспешить… скорым поспешанием к Оренбургу, набирая в пути подводы, сколько…потребно». По этому указу Сорокин собрал отряд из 120 крестьян и мастеровых и, взяв пушки и боеприпасы, пошел к Оренбургу. «Однако в пути, раскаявшись в своем поступке, Сорокин подговорил к побегу заводского целовальника и крестьянина, с которыми и явился 2 ноября 1773 г. в Верхнее-Озерскую крепость. Отряд Кананикольских крестьян возглавил конторщик Лупоглазов, привел его под Оренбург и сдал пугачевскому полковнику М. Г. Шигаеву. Отряд этот участвовал в боях под Оренбургом 12 – 13 ноября 1773 года.

Новый приказчик Кананикольского завода Антипа Ямщиков в своем письме Рейнсдорпу 14 июня 1774 г. просил прислать воинскую команду для защиты завода от повстанцев. При этом он сообщал, что только с начала 1774 года завод подвергался нескольким нападениям: так в начале мая на завод вступил отряд атамана А. А. Овчинникова  и отставного старшины Тавлыкая «з башкирцами и всякого звания людей не менее четырехсот человек», которые увели с собою к Пугачеву 48 «заводских мастеровых и вольных рабочих людей» и до 150 заводчиковых и крестьянских лошадей, «из заводской конторы письменные дела пожгли все без остатку», 2 и 4 июня завод снова подвергся нападению башкир повстанцев».

5 июня завод и поселок были разорены и уведена часть населения.

Всего накануне Крестьянской войны на Кананикольском заводе было 1115 человек, в т. ч. 315 крепостных крестьян и 800 человек вольнонаемных, из них убиты и без вести пропали во время войны 166 мужчин и 79 женщин. Повстанцы получили от завода 17 860 рублей денег, продовольствия, фуража, скота и проч. на сумму 22 249 рублей. Уничтожено долговых записок на сумму 7589 рублей. В повстанческие отряды с завода и рудников были посланы 599 человек. И. А. Мосолов понес убытки от разрушения завода, материалов и проч. на сумму 5782 рубля, убытки заводских людей от разрушения домов и захвата имущества – на сумму 4617 рублей.

Завод был восстановлен в 1777 году, но заводовладельцы еще долго просили правительственные учреждения о различных льготах.

Производительность завода до конца 18 века была не высокой: она достигала в отдельные годы 4400 пудов меди в год, а отдельные годы доходила до 400 пудов, все это говорит о неравномерной и нестабильной работе его.

По пятой ревизии в 1795 году у Марьи Мосоловой на Кананикольском заводе числилось 95 мастеровых и 390 черноработных людей. При заводе было разведано 216 медных рудников, из них было 4 разработанных.

Активное участие в крестьянском движении в 1827 – 1828 годах приняли крестьяне Кананикольского завода. Всего в эти годы в Оренбургской губернии было охвачено восстанием десять заводов, где находилось до 13000 душ, или свыше 2/3 всех горнозаводских крестьян губернии.

Медная руда первоначально добывалась по «Сакмарским отмелям», находящимся в 50 верстах к востоку от Кананикольского завода. Но уже в конце 18 века рудная база для этого завода передвинулась от 100 до 400 верст.

Широко применяя вольнонаемный труд местного башкирского населения на перевозках руды, заводская администрация прибегала, пользуясь попустительством властей, к обману, не выдавая платы за выполнение работы.

В архивных делах найдены два таких документа.

18 февраля 1827 года начальник 9-го башкирского кантона Есаф Токумбетев в рапорте оренбургскому военному губернатору П. К. Эссену писал: «Вверенного мне кантона хорунжий Чанкибай Аккулыев в поданном мне прошении жалуется на правителя Кананикольского завода и тамошнюю контору в неплатеже ему денег 788 рублей 64 копейки, которыми удовлетворил он по ярлыкам разных башкирцов за перевоз с рудников до завода медной руды».

21 февраля того же 1827 года оренбургская городская полиция сообщила П. К. Эссену о поступившей жалобе от башкир 9-го кантона Баима Муллакаева и Кучуры Карабаева на управляющего Кананикольским заводом Шаламова, который не уплатил им за перевозку руды 201 рубль 50 копеек. Дело о неплатеже денег за вывозку руды тянулось 7 лет до 1834 года и по имеющимся в нем документам так и не видно, чем же оно окончилось.

В 1827 году Кананикольский завод принадлежал генерал-майору Мосолову.

Генерал-майор Мосолов, по-видимому, был сын Марьи Мосоловой. Около 1846 года завод перешел во владение Елисаветы Ивановны Шешуковой, по первому мужу Загряжской, урожденной Мосоловой, по-видимому, дочери генерал-майора Мосолова. Ее муж Николай Иванович Шешуков (1754 – 1831) – вице-адмирал, сенатор, бывший командир Рижского порта.

Елисавета Ивановна Шешукова имела от первого брака единственного сына Александра Петровича Загряжского, от второго брака детей не было. Получив Кананикольский завод по наследству около 1846 года, она сразу же выдала владельческую доверенность соему сыну, в которой она, между прочим, писала: «…Всех заводских крестьян иметь в полном повиновении и послушании, сменять и определять управляющих, непослушных крестьян посредством правительства наказывать, отдавать в рекруты и неисправляющихся отсылать через правительство на поселение. Одним словом управлять моим Кананикольским заводом, за отсутствием моим, так точно, как бы я могла по праву единственной наследницы-владелицы и по закону сама действовать».

Завод, таким образом, только  формально числился за Е. И. Шешуковой. Камер-юнкер, коллежский советник А. П. Загряжский с такой доверенностью чувствовал себя полновластным хозяином завода и в изобретении методов наказания крестьян не стеснялся.

Сохранилось архивное дело о ссылке в Сибирь на поселение крестьянина М. И. Пронина, крепостного помещика Загряжского, за агитацию среди крестьян Кананикольского завода. В своем прошении по этому делу Загряжский в 1846 году сообщал: «Крестьянин Кананикольского медеплавильного завода Михайло Иванов Пронин по самому порочному поведению во всех отношениях, внушает заводским крестьянам делать буйственные поступки и неповиновение к владельцу, а потому, вследствии полной доверенности от матери моей на правах владельческих, видя дурное поведение его и не желая иметь больше у себя в заводе воизбежание чтобы от пребывания сего зловредного человека не смогли произвести худые последствия, а потому всеподданнейше прошу: дабы повелено сие мое прошение в Оренбургское губернское правление принять и вышеозначенного крестьянина Пронина сослать в Сибирь на поселение, о чем я просил у Уральского Горного Правления разрешения, которое и не замедлится быть прислано».

Загряжский боялся, что на рудниках «может произойти бунт и распространится на прочие заводы». Его опасения оправдались. В феврале 1859 года, «оказав послушание и дерзости», своему начальству из рудников бежали 71 человек, в марте – 140, в мае – 53 и так далее. Массовый отказ заводских крестьян от рудничных работ привел в растерянность владельца Загряжского, который сообщал Фелькнеру, что «заводское начальство не знает что и делать». Тогда министр финансов подчинил завод и рудники Загряжского надзору местного горного начальства. Но положение заводских крестьян не изменилось, и Барановский не переставал доносить министру внутренних дес о непорядках на Кананикольском заводе. Благодаря настойчивости Барановского вопрос о заводе был передан на рассмотрение комитета министров, который высказался о взятии завода в опеку, если еще одно обследование подтвердит наличие непорядков.

Новые ревизоры, как и прежде, обрисовали положение крестьян в мрачных красках, дополнив прежде выяснившуюся картину новыми деталями – например, один рабочий, утративший трудоспособность, был освобожден от работы, «так как всегда был исправный мужик при условии, чтобы, ни ему, ни его семье не выдавали провианта и чтобы он доставил бесплатно 500 пудов известкового камня!»

Только после этого обследования Кананикольский завод был взят в опеку, причем Загряжскому было запрещено пребывание на его заводе и на рудниках. Благодаря своим родственным связям Загряжский не подвергся административной ссылке, как Подьячев.

Перед отменой крепостного права на Кананикольском заводе с деревнями Федоровское, Куркатаевское, Березовское и Побоище было 1690 душ крепостных крестьян. Земли в заводской даче было 114 548 десятин, на ней лесу 108 003 десятины. К заводу принадлежало медных рудников: 20 действующих и 701 – недействующих. Печей медеплавильных было шесть действующих. Меди выплавлено в 1860 году – 4498, в 1861 – 5634 пуда.

После отмены крепостного права на заводе наблюдается особенно большое сокращение работ. Наряду с нехваткой рабочей силы и финансовыми затруднениями медеплавильный завод испытывал недостаток руды. Раньше Загряжский завозил руду из дальних рудников, в условиях же применения вольнонаемного труда перевозка руды на большое расстояние оказалась невыгодной. Поэтому к концу 1860-х годов Кананикольский завод был остановлен.

За 115 лет на нем было выплавлено около 370 000 пудов чистой меди, причем максимальная производительность на нем достигала около 13 300 пудов в год. Завод закрыт окончательно в 1871 году.

В 1872 году в Кананикольской заводской даче Загряжского было земли 113 300 десятин, в том числе 107 278 десятин лесов. Лесные запасы земельной дачи завода использовались для выжигания древесного угля, применялась «приэтом излюбленная форма крепостнической кабалы – обработки. Крестьяне окрестных сел и деревень выжигали уголь за полученные от владельца завода семенные ссуды, за землю, за луга, за дрова и проч.» .

Вскоре после февральской революции в поселке Кананикольского завода был создан совет рабочих депутатов. Совет на первом же своем заседании принял решение, обязывающее лесопромышленников повысить заработную плату рабочим, занятым на рубке и сплаве леса.

Село Кананикольское по данным 1961 года было центром сельсовета того же наименования Зилаирского района с числом жителей 3345 человек.

В 1963 году село преобразовано в рабочий поселок, в котором по данным 1969 года проживало 3408 человек.

О деревнях, принадлежавших ранее заводу, известно следующее. Хутор Федоровский Покровского сельсовета Зилаирского района, в 40 км от села Зилаир и в 10 от центра сельсовета – хутора Новопокровского, в 1969 году имел жителей 5 человек. В последующих справочниках административно-территориального деления хутор не упоминается.

Деревня Куркатаевская в современных справочниках не упоминается, но встречается в 1961 и 1969 годах Куркатанская плотина, как населенный пункт Зилаирского района только в алфавитном указателе справочников без включения сведений о нем в тексте.

Деревня Березовка относится к Кананикольскому поселковому совету, находится от него в 18 км к западу, на полпути в село Побоище.

Село Побоище – центр сельсовета того же наименования Кугарчинского района, в 55 км от села Мраково. Село названо так в память об одном из боев в период Крестьянской войны под руководством Е. И. Пугачева. Село это называлось еще Новоивановкой и Арыш.

Кананикольская лесная дача стала переходить из рук в руки и в настоящее время, по ликвидации дела Саратовско-Сибирского банка, находится в заведывании Государственного Дворянского Земельного банка. Ценится в 1200000 рублей, то есть по 10 рублей за десятину; по современным ценам на землю, смежные с ней эту считают высокою. Крестьяне держаться своей усадебной земли, их в настоящее время без нескольких человек 4 тысячи душ обоего пола. По количеству рук главная работа в лесах. Рубка, возка дров и бревен зимою; свалка и сплав весною.

Многие уходят хуторами в лесные дачи и занимаются там смолокурением. Две трети смолы и кузнечного угля для Орского и Оренбургского уездов вырабатывается ими. Смолу, уголь и лыко они возят прямо в Оренбург и село Дедово, оно же Исаево или по преимуществу в Красную мечеть, где продают товар перекупщикам.

Примерно ими вырабатывается до 1500 бочек шушмина, смолы, дегтя и до 20 тысяч пудов угля. Лыко покупается на корню, снимается и продается пучками; всего до 3 тысяч пучков. Цена на чистый деготь от 15 до 20 рублей бочка. На шушмин 4 – 6, иногда, хотя редко, цены поднимаются до 10 рублей, а иногда падают до 2,5 рублей. Смола в среднем по три рубля за бочку; уголь – 15-20 копеек за пуд; лыко по десять копеек пучок.

На хуторах смолокуры кормят скот, лишний приплод от коров продают на мясо, цена шкур от 1,5 до 2 рублей за пуд. Конский приплод продают редко – или из-за нужды, или испортившуюся чем-нибудь лошадь. Впрочем, шесть семейств занимаются лошадиной торговлей.

Семьи, по местному взгляду, среднего достатка, имеют по 5 голов лошадей, столько же коров и голов 10 овец. У кого есть две лошади, бедным еще не считается. Но есть имеющие до 30 запряжных лошадей, не считая косяка маток и стригунков. Коров же много не держат из-за сена, предпочитая скупать мелких телят у башкир от 3 до 7 рублей за штуку, кормить их дома и затем продавать от 15 до 18 и 20 рублей за голову.

Кроме работы по возке бревен и дров, кананикольцы возят лесные товары в город (210 верст), осенью прибавляют к этому товару соленые грибы-белянки; с этим товаром редко кто не ездит в город или по станицам казаков. В Оренбурге белянки (грузди) почти только и есть кананикольские. На обратном пути возчики берут постное масло, рыбу и соль, а под заказ красные товары. Некоторые этим ограничиваются, а другие, отдохнув дома, едут с солью в Верхнеуральский уезд по заводам и еще 100-150 верст. Оттуда берут железо, везут в Кизил (казачья станица 175 верст от села за хребтом Ирендыком) оттуда возвращаются с хлебом. Иногда из города до села Дедово-Исаево или из Троицкого едут порожним, а здесь уже берут хлеб и овес. Многие накупили у башкир земель поближе к Орску; отчасти сдают в аренду, отчасти сами ездят туда сеять, но коренным жительством считают все же село Кананикольское.

Около 30 кананикольцев занимаются охотой и промыслом, вырабатывая от 30 до 120 рублей в год, смотря по году и охотнику. Бьют рябчиков, тетеревов и глухарей; убивают в год от 5 до 10 медведей, шкуры которых стоят от 18 до 40 рублей.

При разъездах с товарами кананикольцы считают выгодным, когда лошадь за неделю вырабатывает чистых 4 рубля при цене на хлеб до 50 копеек за пуд местной пшеницы. Кормление скота и искание груза – главнейшая забота кананикольцев.

В Красной Мечете и Кизиле хлеб продается прямо его производителями, в Кананикольске хлеб перекупной. При продаже его в последнем берут 10-15 копеек лишнего за пуд.

В Кананикольск приезжают башкиры с Бурзяни за 25-40 верст, привозя лесные изделия: мочало, веревки, сбрую, колодки для седел, седелки, хомутные клещи, сани; приводят для продажи мелких телят, лошадей, иногда и коров, привозят сено.

Кананикольские работают все по мере сил, без различия пола, только мужчины не станут печь хлеба, мыть полы, носить воду. Если даже случится особая потребность, мужчине самому принести ведра с водой, то ни за что не употребит в дело коромысло. Это считается позорным. Женщина-вдова или застарелая девушка, у которых есть лошади, работают решительно.

Семьи по возможности живут не делясь; если делятся, то отходящему строится дом общими усилиями.

Вино пьют, но пьянства, разоряющего семьи, нет. На 4 тысячи душ всего сейчас известны 2 пропойца. Грубая брань встречается редко, а при женщинах, особенно при девушках, браниться считают позором.

 

 

 

 

До Великой Октябрьской социалистической революции была лесозаготовительная контора. В этой конторе производилась заготовка леса и сплав леса. В 30-х годах было произведено лесоустройство. Лесные массивы были развиты на квартала и намечены лесоучастки и лесопункты. В 1939 году леспромхоз находился в Бурзяне. В него входили два лесопункта Канский и Куркатавский. Начальником Канского лесопункта был Белинский Г. Н., бухгалтером был Волков Г. Н.  В июле 1940 года Воскресенский леспромхоз переехал в Кананикольск и стал называться Кананикольским леспромхозом. Первым директором был Бронников, бухгалтером – Волков. В 1942 Кананикольский леспромхоз слился с Бурзянским леспромхозом и назывался Бурзянским до 1948 года. Бурзянский район оправдывал себя финансами и поэтому леспромхоз находился там. Затем доказали, что лучше леспромхозу находиться в Кананикольске, так как все пункты лесозаготовок находились здесь. Лес сплавляли по реке Большой Ик, а затем стали сплавлять по реке Кане. Вся работа с лесом проводилась ручным способом с помощью лошадей и быков. Кананикольский леспромхоз окончательно сформировался в 1948 году. К этому времени появилась уже своя механизация. Было 9 автомашин, 7 автоприцепов, 2 трактора, 1 локомотив. В 1952 году леспромхоз имеет: 75 автомашин, 40 автоприцепов, 11 электростанций, 5 локомотивов, 35 тракторов, 1 катер, 35 деревообрабатывающих станков, 8 лесопильных рам. В прошлом процент механизации вывозки составлял 27,1%, собственным обозом 7,1%, остальная часть наемным обозом 65,8% (за счет привлечения колхозов). В 1962 году уровень механизации составляет 83% и 17% наемным образом. Леспромхоз готовил берёзу, сосну, рудную стойку, дрова. В 1952 году ЛПХ вырабатывает пиловочник хвойный и берёзовый, стройлес, фанерное сырьё, дрова. Прочая продукция: пиломатериал, тарная дощечка, сбор живицы, выработка автокузовов, бочки. Так в 1957 году к ЛПХ присоединился Зилаирский ЛПХ, в 1959 г. произошло присоединение Кананикольского лесхоза с ЛПХ, в 1960 году присоединилась промартель «Восток». Численность и состав рабочей силы: рабочих лесозаготовок 501 человек, промышленных рабочих 115 человек, ИТР – 55 человек, служащих 51 человек, охрана – 9 человек. Работа леспромхоза в лесу на добыче живицы на двух лесопунктах – Шанском и Каннском – имеются 4 мастерских участка: Шанский, Ефанкино, Терёшиха, Ишей. В Кананикольском – 6 мастерских участков: Уркасский, Передовик, Алтанай, Канский, Такас-уткан. Отдельно в подчинении непосредственно леспромхозу – Красный Зилаир. Имеются общежития в посёлке Шанск, Ефанкино, Терёшиха, Уркасс. Рабочих в Терёшиху, в Шанск, на подсочку возят на автомашинах.

Вздымщицы выполняют свою норму на 200%. Труд их облегчают различные усовершенствования в орудиях труда. Все эти люди добываются высоких показателей только своим честным и добросовестным трудом.

Из года в год увеличивают посадку леса основной породы – сосны. Кроме этого из отходов лесопиления производится выпуск для народного хозяйства: тарные дощечки, клёпки заливные, клёпки винные и т. п. По основному производству выпускается только пиловочник и строительный лес, который сплавом поставляется стройкам Стерлитамакского-Салаватского узла.

 

Организация колхозов в селе.

(Со слов первого колхозника пенсионера – Баскакова И.П.)

В селе Кананикольске до революции и до колхозов основным занятием жителей было: заготовка и сплав леса по рекам Малый и Большой Ик, смолокурение. В мае 1929 г. были организованы группы по совместной обработке земли, состоящие из 15 – 20 семей. От государства были получены семена – фургоны. Лошади были собраны у членов групп. Выехали на посевную на 3 участка. В Пошаду, Такас-Уткан и Большую Ялань на каждый участок выехали по 1 группе. Так как посев производился впервые, получили очень хороший урожай, особенно обильный был урожай овса. Собранный хлеб был засыпан в общие амбары, для семян следующего года. В марте 1930 года началось раскулачивание. Раскулачивали купцов, зажиточных людей, которые держали батраков и спекулянтов. А некоторые семьи были раскулачены незаслуженно. Раскулачивание проводилось общим собранием граждан по предварительно составленному списку с/совета. В этот список вошли купцы братья Воробьевы, спекулянты Ершовы, Сергей и Алексей Лазаревы и др. Скот, собранный от раскулачивания – лошади, коровы, овцы – были сданы в промколхоз, который вскоре был организован. Мелкое имущество было распродано на базаре, а деньги сданы в кассу правления промколхоза. В дома раскулаченных были вселены бездомные бедняки за небольшую цену и отданы под правления. В мае 1930 г. был организован промколхоз «Восток». Было избрано правление из 12 человек. Председателем правления был избран Термахерский В. К.

Промколхоз «Восток» просуществовал до 1934 года. В сентябре 1934 г. всё село разделили на 3 колхоза и четвёртую промартель «Восток», которая занималась изготовлением саней, колёс, сбором живицы и были установлены смолоскипедарные установки. Колхозы имели названия:

  1. имени 8 съезда Советов, председатель Оренбуркин Т. Ф.
  2. колхоз им. Чкалова, председатель Термахерский В. К.
  3. колхоз им. Красина, председатель Корнев И.П.

Первый и второй колхозы взяли направления земледелие и животноводство. Колхоз им. Красина взял направление промысловой артели с/х. В последствие колхозы перестали существовать, осталась одна артель, а в 1960 году по решению артель была переведена в леспромхоз.

 

История здравоохранения

 

До 1901 г. работал фельдшер Бахарев П.М., приём больных вёл у себя на квартире. С 1901 года работал фельдшер Калинин Д.А. Первые работал в своей квартире, где и сам с семьёй жил в доме Ильина Якова. В 1914 г. был открыт медпункт в доме Передельского И.В. (бывшего купца). Калинин пользовался большим уважением среди населения. Он не отказывал в помощи и бедным. Лечение велось в основном своими средствами, травами. В 1918 – 1919 годах свирепствовала скарлатина. Много детей умерло, но те, кому была оказана помощь, Калининым были спасены. Работал он примерно до1922 года. Умер и похоронен в нашем селе. Дом, занимаемый медпунктом, сгорел, на этом месте было построено здание леспромхоза. Медпункт переведён в здание, где находилась амбулатория и действовал до 2000 г. С 1929 года работал фельдшер Самохин Е. Н. Ему помогал в работе Лукьянов Григорий Михайлович, который также пользовался доверием и уважением среди населения.

В 1926 г. начал работу первый врач Ильин И. С. Он открыл стационарное отделение на 10 коек. Под здание больницы применили дом управляющего Иванова К. А., где в настоящее время находится стая больница. В 1930 году Ильин был переведён в Зилаирскую больницу. Стал работать врач Дроздов. Он организовал подсобное хозяйство. Он сам ездил по соседним колхозам и закупал скот. Дроздов говорил так: «Нужно лечить больного не только порошками, но и хорошим питанием». После него работали Трофимов и Степанова. В 1941 – 1942 г. работала Каримова и за ней Захарова. В 1954 – 1958 годах работали Вальщук и Улыбина. В 1954 году была открыта клиническая лаборатория. В 1958 г. открыли зуболечебный кабинет – техник Кирикова Галина. В 1958 – 1961 г. работал врач Асянов Г. А. С 1960 года стал функционировать рентген. С 1958 года работает аптека. В январе 1962 года организовали хирургический блок. Первая операция была сделана Воробьёвой с помощью ассистента Назарова Н. И. В 1962 году построили отдельную родовую хату на 5 коек, приобрели автомашину «Москвич» для скорой помощи. В данное время работает один врач Хачин Н. Ф., детский фельдшер, фельдшер, лаборатория по анализам крови и мочи, акушерка, физкабинет, стационар, где дежурят 5 медсестёр, 3 санитарки. Новую больницу построили в 2000 году. Очень красивое тёплое здание, где работают очень хорошие люди. Оказывают необходимую помощь не только жителям  Кананикольска, но и жителям соседних деревень: Шанску, Берёзовке, Уркассу, Надеждинску

Кананикольский лесхоз

Занимается лесовосстановлением, лесоразведением, охраной и защитой лесов. Лесхоз расположен в северной части Зилаирского района. Протяжённость с севера на юг составляет 68 км, с запада на восток – 56 км, общая площадь 216560 га. В состав лесхоза входят Ивано-Кувалатское, Канское, Куркатавское и Мало-Икское лесничества. Кананикольский лесхоз организован в 1937 году на базе Иргизлинского, Канского и Куркатавского лесничеств Бурзянского лесхоза, Бердяшского и Мало-Икского лесничеств Кугарчинского лесхоза. Южная часть территории была собственностью купца Чистозвонова. Одновременно с созданием лесничеств при лесхозе были открыты лесопильный и деревообрабатывающий цеха по производству пиломатериалов, изготовлению срубов, ульев и др. Директорами были И. С. Сафин, Чеботарев, Н. С. Панафидин, М. С. Лисихин, И. А. Гусев, З. В. Кулаков, Николаев, Васильев, Подрядов, А. А. Денисов, Д. Горин, Биккужин Н. М., в настоящее время Сынгизов Ю. К.

ИСТОРИЯ ОБРАЗОВАНИЯ В СЕЛЕ КАНАНИКОЛЬСКОЕ

  Село Кананикольское издавна является одним из самых крупных старинных поселений нашего округа. В 2001 году ему исполнилось 250 лет.

В поселке, возникшем  в качестве спутника бывшего Кананикольского медеплавильного завода, всегда  проживало много людей. А чем  многочисленнее население, тем выше уровень его развития (духовного, профессионального, культурного). Развитие производства вызывало необходимость в соответствующих кадрах, которые могли готовиться лишь в крупных городах (Туле, Оренбурге). Мастеровые люди завода и связанных с ними производств и заложили начало народного просвещения.

Ныне нет людей, которые могли бы назвать время появления массовой школы; нет никаких литературных источников, никаких архивных материалов. Можно лишь доподлинно подтвердить, что систематизированное обучение детей здесь было уже в начале 19 века.

В 1851 году на территории Кананикольского завода была открыта частная школа. В ней работали два учителя и обучались 17 учащихся. В школе преподавался закон божий, первая и вторая части арифметики, чтение, чистописание, счетоводство. В сохранившемся в семейном архиве Баталовых можно прочитать: «… ученик Баталов Павел Федорович, сын крестьянина Кананикольской волости Орского уезда, православного исповедования, родившийся 1901 года декабря 12 дня, обучался в первом классе Кананикольского двух классного училища при отличном поведении во все время обучения и на окончательных испытаниях в мае 1913 года оказал успехи: по Закону Божию отличные (5), по русскому языку и объяснительному чтению отличные (5), по арифметике отличные (5), по пению отличные (5), письменные работы исполнил отлично (5). Как свидетельствуют старожилы, начальное обучение детей в нашем селе было и в дореволюционное время и впервые годы советского времени. Но школа была уделом немногих.

В начале 20 века в Кананикольске было две школы. Одна девичья, вторая для юношей. Учителями работали Юдохин Николай Семенович и Лукашев.

В 20-е годы действовала начальная четырехклассная школа, в которой наряду с общеобразовательными предметами изучали основы сельского хозяйства. Директором на данный период был А.И. Орлов.

В 1930 году был принят закон о всеобщем начальном образовании. И в этот же год Кананикольская школа была преобразована в семилетнюю школу крестьянской молодежи, с 1938 года средняя школа (в 1943-1949 гг была семилетней). В 1936 году было отстроено новое школьное здание и неполная средняя школа переросла в среднюю.

Однако  средняя школа в с. Кананикольском просуществовала не долго. Вероломное нападение фашистской Германии на нашу Родину нарушило нормальный ход жизни. По последнему законодательству, в стране уже в 1940 году многие учителя – мужчины, пользовавшиеся отсрочкой или даже освобождением от призыва в армию, были лишены такой льготы, а в связи с начавшейся войной в дальнейшем из школ были уволены практически все мужчины – учителя,  пригодные к военной службе. В числе всех других школ, Кананикольская средняя лишилась многих своих педагогов  и летом 1942 года сделала свой последний выпуск, школа опять стала семилетней.

В невероятно трудных условиях жила школа в годы Великой Отечественной войны. Даже топливо (дрова) учителям вместе со школьниками и техничками приходилось заготавливать и доставлять на место собственными силами.

На территории Кананикольска в 1943 году по 1948 год был открыт детский дом для детей сирот и беспризорников. В интернате жили и обучались дети до 14 лет. Директором детского дома был Денисов Василий Степанович. Одним из воспитателей была Вязмина Н.М., в столовой работала Передельская К.А. В интернате проживало свыше 40 учащихся. Положение детей было суровым и тяжелым, так как страна воевала с фашистской Германией.

Положение стало заметно улучшаться с возвращением домой уцелевших  фронтовиков и по многому лет отслуживших в тыловых частях  военнослужащих срочной службы.  В 1950 году семилетнее образование было реорганизовано в среднюю школу, которая стала разрастаться за счет приезжих из ближайших населенных пунктов.